Завещание Шпаликова

В истории культуры зафиксировано несколько случаев, когда автор решительно не понимает, что написанное им вступает в противоречие со здравым смыслом. Речь не о сумасшествии.
Михаил Булгаков прочтя собратьям по перу, отрывки из свежего романа «Мастер и Маргарита» интересуется, - почему это нельзя напечатать? Собратья стыдливо отводят глаза.
Осип Мандельштам не интересуется: почему нельзя напечатать стихи о Сталине, где пальцы вождя сравниваются с червями? Он их прилюдно декламирует.
Геннадий Шпаликов, написав последний сценарий «Девочка Надя, что тебе надо?» сдал его на «Мосфильм».
Это лучший киносценарий написанный на русском языке. Поставить его не решаются до сих пор.
Сценарий – предупреждение о развале страны. Сценарий, где выявлены причины этого развала. Горький рассказ о нежизнеспособности системы.

Осенью 1974 года Шпаликов повесился в доме творчества «Переделкино». Причин самоубийства насчитывается много: алкоголь, семейные неурядицы, безденежье, безработица. В воспоминаниях дочери мелькает слово: «психушка».
Но это все следствие. Причина же...

«Девочка Надя, что тебе надо?» рассказывает о молодой, полной сил женщине, которую решено сделать депутатом Верховного совета. И тут выясняется, что девочка Надя, - истовая коммунистка, верящая в начальные принципы социализма. И что принципы эти давным – давно похерены.
Героиня неоднозначна. Она боготворит чистую идею коммунаров и потому несет разрушение. Хочет спасти от пьянства беспутного отца загулявшей девочки, а тот совершает от врачей смертельный прыжок в окно.
Но вот в чем дело, - в Наде есть чистота и вера. То, без чего обходятся ее современники - партийцы. Все устоялось до слов, жестов, мимики. Это уже не океанские волны революции, а болото. В болоте тихо, спокойно, можно обстряпывать свои делишки.
Но болото не может эволюционировать в лучшую сторону. Стоячие воды болота гниют и в итоге становятся невозможными для жизни.

Показателен финал сценария, - Надя призывает народ на субботник, дабы растащить громадную кучу мусора. А уже на месте понимает, что кучу нельзя растащить. Можно только сжечь.
Начинается подвиг во имя революции: угон бензовоза, поход со шлангом наперевес на груду грязи и гибель во внезапно вспыхнувшем огне.
Здесь все вырастает до уровня метафоры, говорящей: реформирование системы невозможно.
У Шпаликова больше не было иллюзий, которые носили его над землей, молодого.
Время сменило весенний шум солнечного ливня на хмурые тучи, из которых дождик не льет, а сеется. Приняло не зловещий, но безнадежно обывательский лик. В такой обстановке поэту не сложно.
Ему – никак.

Даже если на «Мосфильме» не просекли метафорический слой последнего сценария Шпаликова, то схватились за голову от событийного. Кандидат в депутаты сжигает себя на свалке во время коммунистического субботника!
На что он рассчитывал?
Ни на что.
Он оставлял завещание.