УБИЙЦА КИРОВА
В предыдущем посте мы упомянули убийцу Кирова Леонида Николаева (http://ygashae-zvezdu.livejournal.com/50762.html). Сегодня представился случай поговорить о нем поподробнее. У Сергея Мироновича Кирова 27 марта день рождения.
Николаев это тот самый евтушенковский случайный мальчик при деле, которому судьба талантов не дала. Персонаж с «достоевщинкой», - униженный, оскорбленный и решившийся «право иметь».
С детства его развитие было заторможено болезнью. До 11 лет ребенок вообще не ходил. В отрочестве Николаев переболел рахитом, два года пролежал в гипсе.
Выглядел малопредставительно, - рост 150 сантиметров; длинные руки, опускающиеся до колен.
Ни к службе в армии, ни к физической работе Николаев был непригоден. Куда идет человек в таком случае? На паперть. А Николаев пошел «в начальники».
Закончив совпартшколу, Николаев в возрасте 19 лет вступил в ВКП(б). Работал в Выборгском райкоме ВЛКСМ, был секретарем комсомольских организаций на ряде заводов, инспектором областного управления.
Складывалась и семейная жизнь. Николаев сочетался браком с латышкой Мильде Драуле. Родились сыновья Маркс и Леонид. Следует заметить, что в эру коммуналок молодая семья проживала в отдельной трехкомнатной квартире.
Мать Николаева на допросах так характеризовала семейный быт:
«В материальном положении семья моего сына Леонида Николаева не испытывала никаких затруднений. Они занимали отдельную квартиру из трех комнат в кооперативном доме, полученную в порядке выплаты кооперативного пая. Дети также полностью обеспечены всем необходимым, включая молоко, масло, яйца, одежду и обувь. Последние 3—4 месяца Леонид был безработным, что несколько ухудшило обеспеченность его семьи, однако даже тогда они не испытывали особой нужды».
Николаев часто менял места работы. Характер у него оказался склочный. Он на многое претендовал, не имея при этом ни достаточного образования, ни способностей.
Последним местом работы стала ставка разъездного инструктора в Институте истории партии. Когда Николаева командировали в провинциальные кулички, он не поехал. За отказ подчиняться дисциплине строптивца не только уволили из института, но из партии исключили.
С сего момента Николаев начал нисхождение в Мальстрем.
Хотя в апреле 1934 года его восстановили в партии, на руководящую работу брать отказывались.
Позже жена Мильда Драуле показывала:
«С момента исключения его из партии он впал в подавленное настроение, находился все время в ожидании решения его вопроса о его выговоре в ЦК и нигде не хотел работать. Он обращался в районный комитет, но там ему работу не дали. На производство он не мог пойти по состоянию здоровья— у него неврастения и сердечные припадки».
Все-таки это мне не совсем понятно: неврастения и сердечные припадки, значит, может руководить?
К счастью для историков Николаев оказался не чужд графомании. Едва появилось свободное от руководящей работы время, уселся за автобиографию. На вопрос жены: «На кой?», ответил, чтобы, мол, сын читал и изучал.
Он вел дневник, окончательно рассекреченный только в 2009 году.
В дневнике видно, как постепенно все зло сконцентрировалось для Николаева в партийном руководителе Ленинграда Сергее Кирове. Ближе к нашим временам возникла версия, что Киров спал с Милодой Брауле и выстрел Николаева есть месть обманутого мужа. Насчет «спал» никаких прямых доказательств, кроме того, что Мильда работала в Смольном и была с Кировым знакома, нет. А насчет мести обманутого мужа… В записях Николаева мотив ревности отсутствует совершенно.
В «предсмертной» записке, которую Николаев написал 14 октября, говорится:
«Дорогой жене и братьям по классу! Я умираю по политическим убеждениям, на основе исторической действительности. Поскольку нет свободы агитации, свободы печати, свободы выбора в жизни, и я должен умереть. Поскольку из ЦК/Политбюро не подоспеет, ибо там спят богатырским сном»
Свобода печати и агитации его волнует. Помилуй, Бог!
Первую попытку убить Кирова Николаев предпринял на следующий день, 15 октября 1934 года. Охрана задержала «киллера» возле дома руководителя Ленинграда. Николаев предъявил партийный билет и разрешение на оружие, после чего был отпущен.
В полуторамесячном промежутке Николаев сочинил еще одну записку названную выспренно: «Мой ответ перед партией и отечеством». Там он сравнивал себя ни много, ни мало с Желябовым и Радищевым.
1 декабря 1934 года в Смольном планировалось собрание актива партработников, посвященное частичной отмене карточек на продукты питания. Основное место занимал доклад Кирова.
Николаев прочел об этом в газетах и понял: пора!
Целый день он метался в поисках билета на мероприятие. Билет ему обещали ближе к вечеру. Пока же нарезающий круги у Смольного Николаев, зашел в здание погреться. Для прохода оказалось достаточно партбилета.
Шел пятый час вечера.
В коридоре Николаев неожиданно наткнулся на Кирова. Действовал решительно, уложив того выстрелом в затылок. После чего, пытался покончить с собой, но промахнулся, потеряв сознание.
Николаева отправили в психиатрическую больницу, где он и очнулся через четыре с лишним часа.
Впоследствии, Николаева пытались представить пешкой сталинской игры. Так оно и есть, с той только разницей, что Сталин подключился к игре, когда Николаев сделал свой абсурдный ход. Убийство Кирова дало вождю обоснования развязать «большой террор». Выстрел Николаева уничтожил многие тысячи людей, но вряд ли Сталин направлял его руку. Нет, дурак действовал сам, руководствуясь мелочными обидками червя, мечтающего стать птицей. Он сделал Иосифу Виссарионовичу «подарочек».
И при Хрущеве, и при Горбачеве работало четыре комиссии, пытающиеся найти в убийстве Кирова какой-либо еще след, окромя николаевского. Глухо…
Николаева расстреляли 29 декабря 1934 года.
Его жену 10 марта 1935.
К стенке также поставили сестру Драуле с мужем.
Мать Николаева выслали из Ленинграда.
Старшую сестру сначала осудили на пять лет, в 1938 расстреляли.
Младшую сестру и мужа осудили на пять лет.
Брата по матери расстреляли.
Детей отдали в детдом.
Остается добавить, что Николаев до сих пор не реабилитирован, хотя вопрос реабилитации возникал не раз, и не два.
Он убийца и реабилитации не подлежит.
Николаев это тот самый евтушенковский случайный мальчик при деле, которому судьба талантов не дала. Персонаж с «достоевщинкой», - униженный, оскорбленный и решившийся «право иметь».
С детства его развитие было заторможено болезнью. До 11 лет ребенок вообще не ходил. В отрочестве Николаев переболел рахитом, два года пролежал в гипсе.
Выглядел малопредставительно, - рост 150 сантиметров; длинные руки, опускающиеся до колен.
Ни к службе в армии, ни к физической работе Николаев был непригоден. Куда идет человек в таком случае? На паперть. А Николаев пошел «в начальники».
Закончив совпартшколу, Николаев в возрасте 19 лет вступил в ВКП(б). Работал в Выборгском райкоме ВЛКСМ, был секретарем комсомольских организаций на ряде заводов, инспектором областного управления.
Складывалась и семейная жизнь. Николаев сочетался браком с латышкой Мильде Драуле. Родились сыновья Маркс и Леонид. Следует заметить, что в эру коммуналок молодая семья проживала в отдельной трехкомнатной квартире.
Мать Николаева на допросах так характеризовала семейный быт:
«В материальном положении семья моего сына Леонида Николаева не испытывала никаких затруднений. Они занимали отдельную квартиру из трех комнат в кооперативном доме, полученную в порядке выплаты кооперативного пая. Дети также полностью обеспечены всем необходимым, включая молоко, масло, яйца, одежду и обувь. Последние 3—4 месяца Леонид был безработным, что несколько ухудшило обеспеченность его семьи, однако даже тогда они не испытывали особой нужды».
Николаев часто менял места работы. Характер у него оказался склочный. Он на многое претендовал, не имея при этом ни достаточного образования, ни способностей.
Последним местом работы стала ставка разъездного инструктора в Институте истории партии. Когда Николаева командировали в провинциальные кулички, он не поехал. За отказ подчиняться дисциплине строптивца не только уволили из института, но из партии исключили.
С сего момента Николаев начал нисхождение в Мальстрем.
Хотя в апреле 1934 года его восстановили в партии, на руководящую работу брать отказывались.
Позже жена Мильда Драуле показывала:
«С момента исключения его из партии он впал в подавленное настроение, находился все время в ожидании решения его вопроса о его выговоре в ЦК и нигде не хотел работать. Он обращался в районный комитет, но там ему работу не дали. На производство он не мог пойти по состоянию здоровья— у него неврастения и сердечные припадки».
Все-таки это мне не совсем понятно: неврастения и сердечные припадки, значит, может руководить?
К счастью для историков Николаев оказался не чужд графомании. Едва появилось свободное от руководящей работы время, уселся за автобиографию. На вопрос жены: «На кой?», ответил, чтобы, мол, сын читал и изучал.
Он вел дневник, окончательно рассекреченный только в 2009 году.
В дневнике видно, как постепенно все зло сконцентрировалось для Николаева в партийном руководителе Ленинграда Сергее Кирове. Ближе к нашим временам возникла версия, что Киров спал с Милодой Брауле и выстрел Николаева есть месть обманутого мужа. Насчет «спал» никаких прямых доказательств, кроме того, что Мильда работала в Смольном и была с Кировым знакома, нет. А насчет мести обманутого мужа… В записях Николаева мотив ревности отсутствует совершенно.
В «предсмертной» записке, которую Николаев написал 14 октября, говорится:
«Дорогой жене и братьям по классу! Я умираю по политическим убеждениям, на основе исторической действительности. Поскольку нет свободы агитации, свободы печати, свободы выбора в жизни, и я должен умереть. Поскольку из ЦК/Политбюро не подоспеет, ибо там спят богатырским сном»
Свобода печати и агитации его волнует. Помилуй, Бог!
Первую попытку убить Кирова Николаев предпринял на следующий день, 15 октября 1934 года. Охрана задержала «киллера» возле дома руководителя Ленинграда. Николаев предъявил партийный билет и разрешение на оружие, после чего был отпущен.
В полуторамесячном промежутке Николаев сочинил еще одну записку названную выспренно: «Мой ответ перед партией и отечеством». Там он сравнивал себя ни много, ни мало с Желябовым и Радищевым.
1 декабря 1934 года в Смольном планировалось собрание актива партработников, посвященное частичной отмене карточек на продукты питания. Основное место занимал доклад Кирова.
Николаев прочел об этом в газетах и понял: пора!
Целый день он метался в поисках билета на мероприятие. Билет ему обещали ближе к вечеру. Пока же нарезающий круги у Смольного Николаев, зашел в здание погреться. Для прохода оказалось достаточно партбилета.
Шел пятый час вечера.
В коридоре Николаев неожиданно наткнулся на Кирова. Действовал решительно, уложив того выстрелом в затылок. После чего, пытался покончить с собой, но промахнулся, потеряв сознание.
Николаева отправили в психиатрическую больницу, где он и очнулся через четыре с лишним часа.
Впоследствии, Николаева пытались представить пешкой сталинской игры. Так оно и есть, с той только разницей, что Сталин подключился к игре, когда Николаев сделал свой абсурдный ход. Убийство Кирова дало вождю обоснования развязать «большой террор». Выстрел Николаева уничтожил многие тысячи людей, но вряд ли Сталин направлял его руку. Нет, дурак действовал сам, руководствуясь мелочными обидками червя, мечтающего стать птицей. Он сделал Иосифу Виссарионовичу «подарочек».
И при Хрущеве, и при Горбачеве работало четыре комиссии, пытающиеся найти в убийстве Кирова какой-либо еще след, окромя николаевского. Глухо…
Николаева расстреляли 29 декабря 1934 года.
Его жену 10 марта 1935.
К стенке также поставили сестру Драуле с мужем.
Мать Николаева выслали из Ленинграда.
Старшую сестру сначала осудили на пять лет, в 1938 расстреляли.
Младшую сестру и мужа осудили на пять лет.
Брата по матери расстреляли.
Детей отдали в детдом.
Остается добавить, что Николаев до сих пор не реабилитирован, хотя вопрос реабилитации возникал не раз, и не два.
Он убийца и реабилитации не подлежит.