ФРИДРИХ НЕЗНАНСКИЙ VS ЭДУАРД ТОПОЛЬ
Бывают в истории литературы случаи, когда схлестываются между собой соавторы, не поделившие произведения.
Самый громкий случай: Александр Дюма-отец VS Огюст Маке.
Бывали рубки и поскромнее.
Скажем, Фридрих Незнанский и Эдуард Тополь.
Тут фишка состояла в том, что Незнанский вовсе был не писатель, а приличный бизнесмен, наводнивший в лихие годы детективами постсоветскую Россию.
В литературу его ввел за ручку писатель Эдуард Тополь, о чем горько затем пожалел.
Но сначала давайте скажем пару слов о том, каким образом соавторы сошлись.
Фридрих Незнанский закончил Московский юридический институт, что открыло ему путь в прокуратуру. Понемногу печатался в периодике. Был членом Московской городской коллегии адвокатов.
В 1977 эмигрировал в США.
Эдуард Тополь шел по части творческой. В 1965 закончил сценарный факультет ВГИКа. По его сценариям были сняты такие фильмы как «Юнга Северного флота», «Несовершеннолетние», легший на полку «Ошибки юности».
В 1978 эмигрировал в США.
Незнанский и Тополь оказавшись на Западе пребывали в полной растерянности. Незнанский работал сторожем, Тополь выживал на пособие по безработице. О начале совместной работы Тополь вспоминал так:
«Я приехал в Штаты на год позже Незнанского. Фридрих уже был опытным эмигрантом. С ним я выпил первую бутылку водки, он помог мне открыть счет в банке, это были нормальные приятельские отношения. Жена и дочь выталкивали его на работу сторожем в соседний магазин или грузчиком, поскольку он не хотел работать таксистом, а сдать экзамен на адвоката не мог, так как не знал английского. Когда я сел писать «Журналиста», он мне сказал: «Эдик, скажи жене, что мы работали вместе». Ну, я и сказал. Когда вы пишете роман, живя 8 недель на пособие по безработице, то трудно предположить, что эта книжка станет мировым бестселлером. Его жена уходила на работу, а Фридрих делал вид, что работает со мной. Я решил - пусть это будет один раз для русского издания. Я же не думал, что книга будет издаваться 20 лет подряд. Так родился писатель Незнанский».
Между тем роман «Журналист для Брежнева» (1981) и следующий за ним «Красная площадь» (1983) стали бестселлерами. Там раскрывались тайны партийной верхушки СССР, о которых шептались ночами на интеллигентских кухнях.
После двух романов пути-дорожки приятелей разошлись. Каждый почувствовал себя оперенным. Незнанский накатал роман «Ярмарка в Сокольниках», где впервые появился сыщик Турецкий.
У «Ярмарки в Сокольниках» было одно весомое преимущество перед дальнейшими вещами Незнанского. Этот роман он, наверное, писал сам.
Тополь тоже не ленился, выдавая на гора такие «шедевры» как «Россия в постели» и «Новая Россия в постели».
Расстались соавторы друг другом недовольные, но до поры до времени их полемика вуалировалась. Тополь в романе «Чужое лицо» выписал гадливого персонажа Фрола Незначного. Незнанский придумал в «Ярмарке в Сокольниках» подловатого сценариста с «Мосфильма» Эрика Липу.
Проблемы начались, когда оба автора ворвались на российский книжный рынок, нуждавшийся в детективном чтиве, как младенец в успокаивающей соске. Началось с «Журналиста для Брежнева» и «Красной площади», а дальше пошло-поехало.
Тополь вдруг обнаружил, что Незнанский явно лидирует, подавляя если не качеством работ, то количеством. За ним невозможно было угнаться.
«А на Ростовской книжной ярмарке мне явилась и разгадка немыслимой продуктивности Фридриха: там два московских издателя спросили у меня, сколько романов я пишу за год. «От силы один». «Но ведь это коммерчески невыгодно, – сказали они. – Вы и Незнанский такие раскрученные на «Журналисте» и «Площади»! Давайте мы и вам поможем. У нас есть бригады способных литературных «негров», которые пишут по роману в месяц. Дайте нам свое имя, и мы вам будем платить по три «штуки» за каждую книгу!»
Схема, которую создал Незнанский и его издатели, работала следующим образом: писатель присылал синопсис романа. Сюжетик, изложенный коротенько, страничек на семь. Синопсис делился между литературными «неграми». Каждый писал свой кусок, получая 100 долларов за авторский лист. Потом материал пересылался Незнанскому, который быстренько все приводил к общему знаменателю.
Я лично знавал одного из таких «негров». Он поразил меня рассказом о требовании издателей: «Пишите – не перечитывая. Вы должны дать объем, а не тормозить». Особливо не стараясь, поденщик мог запросто ввести в роман двадцать страниц из Картера Брауна, переиначив имена.
Цинизм, конечно, полный.
И Тополь доказал свой профессионализм, когда против этого цинизма выступил. Главная цель состояла, конечно, не в очищении литературных нравов. Тополь хотел лишь «отжать» Незнанского от «Журналиста для Брежнева» и «Красной площади». И написал памфлет «Литературное покаяние: паразит Фридрих Незнанский».
Экс-адвокат среагировал мгновенно, подав в суд за оскорбление чести и достоинства.
Волынка закрутилась долгая, поскольку, когда Незнанский иск отозвал, его подал Тополь. ИМЛИ и РАН провели тучу экспертиз, устанавливая авторство романов.
Только в 2004 году Тополь «освободился» от Незнанского.
И правильно сделал. Я считаю Тополя неплохим кинодраматургом, хотя ни один его роман, каюсь, не мог дочитать до конца. Но фильмы «Ошибки юности» и «Несовершеннолетние» произвели на меня в свое время большое впечатление. Как и мемуарная книга «Игра в кино».
В конце концов, издательский проект «Фридрих Незнанский» нехило поживает и без Тополя. До сих пор окормляя невзыскательных читателей.
Самый громкий случай: Александр Дюма-отец VS Огюст Маке.
Бывали рубки и поскромнее.
Скажем, Фридрих Незнанский и Эдуард Тополь.
Тут фишка состояла в том, что Незнанский вовсе был не писатель, а приличный бизнесмен, наводнивший в лихие годы детективами постсоветскую Россию.
В литературу его ввел за ручку писатель Эдуард Тополь, о чем горько затем пожалел.
Но сначала давайте скажем пару слов о том, каким образом соавторы сошлись.
Фридрих Незнанский закончил Московский юридический институт, что открыло ему путь в прокуратуру. Понемногу печатался в периодике. Был членом Московской городской коллегии адвокатов.
В 1977 эмигрировал в США.
Эдуард Тополь шел по части творческой. В 1965 закончил сценарный факультет ВГИКа. По его сценариям были сняты такие фильмы как «Юнга Северного флота», «Несовершеннолетние», легший на полку «Ошибки юности».
В 1978 эмигрировал в США.
Незнанский и Тополь оказавшись на Западе пребывали в полной растерянности. Незнанский работал сторожем, Тополь выживал на пособие по безработице. О начале совместной работы Тополь вспоминал так:
«Я приехал в Штаты на год позже Незнанского. Фридрих уже был опытным эмигрантом. С ним я выпил первую бутылку водки, он помог мне открыть счет в банке, это были нормальные приятельские отношения. Жена и дочь выталкивали его на работу сторожем в соседний магазин или грузчиком, поскольку он не хотел работать таксистом, а сдать экзамен на адвоката не мог, так как не знал английского. Когда я сел писать «Журналиста», он мне сказал: «Эдик, скажи жене, что мы работали вместе». Ну, я и сказал. Когда вы пишете роман, живя 8 недель на пособие по безработице, то трудно предположить, что эта книжка станет мировым бестселлером. Его жена уходила на работу, а Фридрих делал вид, что работает со мной. Я решил - пусть это будет один раз для русского издания. Я же не думал, что книга будет издаваться 20 лет подряд. Так родился писатель Незнанский».
Между тем роман «Журналист для Брежнева» (1981) и следующий за ним «Красная площадь» (1983) стали бестселлерами. Там раскрывались тайны партийной верхушки СССР, о которых шептались ночами на интеллигентских кухнях.
После двух романов пути-дорожки приятелей разошлись. Каждый почувствовал себя оперенным. Незнанский накатал роман «Ярмарка в Сокольниках», где впервые появился сыщик Турецкий.
У «Ярмарки в Сокольниках» было одно весомое преимущество перед дальнейшими вещами Незнанского. Этот роман он, наверное, писал сам.
Тополь тоже не ленился, выдавая на гора такие «шедевры» как «Россия в постели» и «Новая Россия в постели».
Расстались соавторы друг другом недовольные, но до поры до времени их полемика вуалировалась. Тополь в романе «Чужое лицо» выписал гадливого персонажа Фрола Незначного. Незнанский придумал в «Ярмарке в Сокольниках» подловатого сценариста с «Мосфильма» Эрика Липу.
Проблемы начались, когда оба автора ворвались на российский книжный рынок, нуждавшийся в детективном чтиве, как младенец в успокаивающей соске. Началось с «Журналиста для Брежнева» и «Красной площади», а дальше пошло-поехало.
Тополь вдруг обнаружил, что Незнанский явно лидирует, подавляя если не качеством работ, то количеством. За ним невозможно было угнаться.
«А на Ростовской книжной ярмарке мне явилась и разгадка немыслимой продуктивности Фридриха: там два московских издателя спросили у меня, сколько романов я пишу за год. «От силы один». «Но ведь это коммерчески невыгодно, – сказали они. – Вы и Незнанский такие раскрученные на «Журналисте» и «Площади»! Давайте мы и вам поможем. У нас есть бригады способных литературных «негров», которые пишут по роману в месяц. Дайте нам свое имя, и мы вам будем платить по три «штуки» за каждую книгу!»
Схема, которую создал Незнанский и его издатели, работала следующим образом: писатель присылал синопсис романа. Сюжетик, изложенный коротенько, страничек на семь. Синопсис делился между литературными «неграми». Каждый писал свой кусок, получая 100 долларов за авторский лист. Потом материал пересылался Незнанскому, который быстренько все приводил к общему знаменателю.
Я лично знавал одного из таких «негров». Он поразил меня рассказом о требовании издателей: «Пишите – не перечитывая. Вы должны дать объем, а не тормозить». Особливо не стараясь, поденщик мог запросто ввести в роман двадцать страниц из Картера Брауна, переиначив имена.
Цинизм, конечно, полный.
И Тополь доказал свой профессионализм, когда против этого цинизма выступил. Главная цель состояла, конечно, не в очищении литературных нравов. Тополь хотел лишь «отжать» Незнанского от «Журналиста для Брежнева» и «Красной площади». И написал памфлет «Литературное покаяние: паразит Фридрих Незнанский».
Экс-адвокат среагировал мгновенно, подав в суд за оскорбление чести и достоинства.
Волынка закрутилась долгая, поскольку, когда Незнанский иск отозвал, его подал Тополь. ИМЛИ и РАН провели тучу экспертиз, устанавливая авторство романов.
Только в 2004 году Тополь «освободился» от Незнанского.
И правильно сделал. Я считаю Тополя неплохим кинодраматургом, хотя ни один его роман, каюсь, не мог дочитать до конца. Но фильмы «Ошибки юности» и «Несовершеннолетние» произвели на меня в свое время большое впечатление. Как и мемуарная книга «Игра в кино».
В конце концов, издательский проект «Фридрих Незнанский» нехило поживает и без Тополя. До сих пор окормляя невзыскательных читателей.