ygashae_zvezdu Golden Entry

Category:

ПОЭТ ЛУКЬЯНОВ

9 января ушел из жизни Анатолий Лукьянов (1930-2019), политик потерпевший неудачу. Не входя формально в ГКЧП, он оказался в «Матросской тишине» совместно с фигурантами. Но сегодня хочется поговорить о Лукьянове, как о поэте.

В отличие от руководителя государства Андропова (ПОЭТ АНДРОПОВ), который свое стихотворчество рассматривал как занятие на досуге, Лукьянов относился к стихосложению серьезно, вдумчиво.

К 1948 году, когда Лукьянов закончил школу с золотой медалью, он уже вовсю публиковался в смоленских газетах. Смоленск был родиной Александра Твардовского. Тот внимательно следил, что пишут земляки и обратил внимание на юного паренька. Не знаю, думал ли Лукьянов о Литературном институте, но допускаю, что даже с золотой медалью его бы туда не взяли. Тогда считалось, - негоже со школьной скамьи в литературу лезть. Предпочитали абитуриентов тертых, с жизненным опытом. Может, оно и правильно. 

Лукьянов мечтал учиться на геолога, и вот тут-то Твардовский парня переубедил, - романтика дальних странствий поэту, конечно, нужна, но важнее быть на должности, где будут сталкиваться интересы разных людей. Так Лукьянов очутился на юридическом факультете МГУ.

Дальнейшая творческая жизнь Лукьянова выродилась в подвижничество. Он принялся собирать голоса литераторов. Записывал концерты в Политехническом, Шолохова, Бондарева. К нему приходили посидеть перед магнитофоном Окуджава, Ахмадулина, Евтушенко, Смеляков. Он собрал коллекцию из пятисот с лишним голосов. Как хотите, а мне это симпатично. 

Симпатично также, что Лукьянов не спешил на встречу с читателями, следуя завету одного из своих стихотворений:

Спешите медленно, поэты, 

Свой труд на люди выносить, 

Не примеряйте эполеты, 

Не ждите славы на Руси! 

Лукьянов публиковался под псевдонимом Анатолий Днепров, пока по справочнику Союза писателей не выяснил, - Днепровых целых семь штук. Когда пришла пора издавать книжку, Лукьянов, уже облеченный сановной властью, взял псевдоним Анатолий Осенев. Под этой фамилией и увидел свет сборник «Созвучие» (1990).

Когда Лукьянова посадили в тюрьму недалекие, и6о злые люди покусывали именно факт поэтического его творчества, будто в нем было что-то постыдное. Мол, он еще и пишет, Пушкин.

Оппозиционная, близкая Лукьянову пресса, тоже запускала дикие мульки. У Лукьянова было стихотворение со строчками «Приходите Булат и Белла, и Танечка, и Андрей». Журналисты утверждали, что на первом свидании с женой Лукьянов (делать ему больше нечего было), поинтересовался, - приходили ли Булат и Белла? 

Лукьянов говорил:

«На самом деле я их и не ждал, не было между нами никакой особенной дружбы. Журналисты уцепились за одно стихотворение, а вообще у меня дома бывали разные поэты — я действительно их приглашал, но не потому, что мы как-то дружили, а потому, что у меня хобби такое (про голоса записывать помним, да. – прим. авт.)».

Тюремное заключение пошло Лукьянову как поэту на пользу, он расписался, сложив груз политической ответственности и получив свободное времея. Если до 1990 вышел всего один сборник, то потом повалило, как горох из мешка. С 1992 по 1998 Лукьянов, отбросив псевдонимы, издал десять книг стихотворений. Особое место занимает сборник «Стихи из тюрьмы» (1992) уже тогда разлетевшийся по газетам. 

Для этих стихов характерно желание утвердить свою правоту, что понятно, - слишком много прямой лжи и громкого лая удостоился в общем-то неплохой человек, не вписавшийся в политический поворот. 

Меж плит тюремного двора
Пророс росточек изумрудный.
Он путь свой медленный и трудный
Сверлил с заката до утра.
Так правда путь себе пробьёт
Сквозь ложь и пену словопрений.
И всё история оценит.
И всё история поймёт.

Наибольшую известность получило стихотворение «Над «Матросской тишиной» - синева», словно само ложащееся на музыку. Существует несколько версий его исполнения бардами.  

Над «Матроской тишиной» — синева,

Опадает еле слышно листва.

Где-то Яуза шуршит у оград.

Где-то песнями рыдает Арбат.

А в «Матросской тишине» — полумрак.

Конвоирские шаги до утра.

Чьи-то ропоты и вздохи звучат —

Вспоминают кто девчат, кто внучат.

Разорвись же наконец, тишина.

Долети же, звездопад, до окна.

Отзовись, чужая боль и тоска,

Что не снится на свободе пока.

Над «Матросской тишиной» — синева.

Кто услышит ее боль и слова?

Кто уловит ее горькую мысль?

Отзовись же, отзовись, отзовись…

Не буду оценивать стихи Лукьянова, только замечу, сколь много хороших поэтов нами забыто. Достаточно открыть альманах «День поэзии» 1970-ых, чтобы в этом убедиться.

К поэзии же Лукьянова интерес, пусть и специфичный, будет сохраняться всегда.

Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your IP address will be recorded 

Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →