ygashae_zvezdu

Category:

ЛЮБОВНИКИ НАРКОМА ЕЖОВА

1 мая отмечал день рождения Николай Ежов (1895-1940), сталинский нарком, заслуживший в силу маленького роста и деяний прозвище «кровавый карлик». 

Ежов, как известно, был осужден, расстрелян и реабилитации не подлежит. Ему вменили ряд ходовых для проштрафившегося партийца 1930-ых статей УК и одну эксклюзивную. Обычные статьи: 58-1 «а» - измена Родине в форме шпионажа; 58-5 - склонение иностранных государств к войне с СССР; 19-58, пункты 2 и 8 - подготовка к вооруженному восстанию и террористическому акту; 58-7 – вредительство; 136 «г» - умышленное убийство с целью скрыть другое преступление. Эксклюзивная: 154 «а» - гомосексуализм.

В истории Ежов остался единственным высокопоставленным партийцем, которого осудили за мужеложство. 

Вот об этом и поговорим.

Прежде всего, остановимся на том, а был ли Ежов гомосексуалистом? Мало ли что накидывает сталинское правосудие, методы которого известны и далеки от демократических. Врагов всегда стремились опорочить по линии бытового разложения. Может быть, но, вот опять же, данную статью применили только к Ежову и только потому… что завел он эту тему сам. Следователей половая жизнь бывшего наркома не интересовала, однако, Ежов стал откровенничать, называя имена, пароли, явки, вовлекая в страшную пляску других фигурантов. Можно предположить, что Ежов надеялся переформатировать следствие и уйти от обвинений в предательстве. В таком случае он просто лопух, не учитывающий нравов ведомства, которое сам же и возглавлял. Ежову просто навесили лишнюю статью и все.

На суде Ежов признал только гомосексуализм, другие обвинении отрицая.

Ареста опальный нарком ждал давно, активно спиваясь, что не преминул отметить сам Иосиф Виссарионович:

«…Разложившийся человек. Звонишь к нему в наркомат - говорят: уехал в ЦК. Звонишь в ЦК - говорят: уехал на работу. Посылаешь к нему на дом - оказывается, лежит на кровати мертвецки пьяный».

По показаниям племянника Виктора Бабулина 8 апреля 1939 года плавно перетекший в 9 апреля Ежов провел так:

«8 апреля я был дома один, мне позвонили по телефону, я подошел к трубке — звонил Ежов. Он сказал мне, что Анатолий (еще один племянник Ежова, - прим. авт.) приходит домой теперь поздно, а он плохо себя чувствует. Попросил приехать к нему, одновременно захватить водки. Я купил четвертинку водки и поехал к Ежову. Пообедав с Ежовым, я поехал заниматься, а он остался дома. После занятий я приехал домой, было около часу ночи. Через несколько минут ко мне позвонил Ежов, что он один дома — Анатолий еще не возвратился с работы. За мной он послал машину и просил меня, чтобы я приехал к нему. Я приехал к Ежову около двух часов ночи. Он был сильно пьян. Я спросил его, чего он так напился. Ежов ответил мне, что захотел выпить и выпил. Перед ним стояло выпитых 8 бутылок пива. Больше Ежов не разговаривал со мной, а бросил в меня рыбой, потом облил пивом и начал всячески ругать. Я спросил у Ежова, что я ему сделал плохого, за что он так ругается. Вместо ответа он подошел ко мне и ударил два раза кулаком по лицу. После того, как он немного успокоился, я ушел спать. Ежов пришел в спальню, стащил с меня одеяло и снова ударил еще несколько раз по голове, упрекая меня в том, что я не имею никаких принципов и воли. Я соскочил с дивана и собирался тут же уйти домой, но Ежов закрыл дверь и не пустил меня. Через некоторое время Ежов успокоился и перешел к высказыванию своих обид против руководителей партии и советского правительства».

10 апреля Ежова взяли. А уже 24 он накатал подробные показания насчет своих нестандартных сексуальных пристрастий, в первых же строках письма именуя педерастию, давним своим пороком, относя ее начало к 15-летию. Тогда закончивший три класса начальной школы Ежов попал в ученики портного. Первыми его половыми партнерами стали более старшие товарищи по портновской мастерской. 

Продолжилось все в другой закрытой мужской корпорации – царской армии.

«Помимо одной случайной связи с одним из солдат нашей роты у меня была связь с неким Филатовым, моим приятелем по Ленинграду с которым мы служили в одном полку. Связь была взаимноактивная, то есть «женщиной» была то одна, то другая сторона. Впоследствии Филатов был убит на фронте».

До этого момента показания Ежова не конкретны, но вот он доходит до года 1919 и начинает сдавать партнеров, услужливо подсказывая, где их можно найти.

«В 1919 году я был назначен комиссаром 2 базы радиотелеграфных формирований. Секретарем у меня был некий Антошин. Знаю, что в 1937 году он был еще в Москве и работал где-то в качестве начальника радиостанции. Сам он инженер-радиотехник. С этим самым Антошиным у меня в 1919 году была педерастическая связь взаимноактивная».

Одним из первых, кого чекисты арестовали в результате показаний Ежова, стал Иван Дементьев, помощник начальника охраны Ленинградской фабрики «Светоч». Связь их началась еще в 1924, когда обоих отправили работать в Семипалатинск. 

Продолжилась любовь в 1938, когда Ежова уже сняли с поста Наркома внутренних дел. Дементьев гостил у него и в октябре, и в ноябре, став свидетелем переживаний Ежова по поводу самоубийства жены, о коем при случае поговорим, а сейчас не об этом. По словам Дементьева Ежов находился в состоянии полного разброда, осаживая себя в ожидании ареста водкой.  

Дементьев был готов сотрудничать со следствием, рассказывая, как и каким образом, он гулял с Ежовым без штанов, но… его осадили сообщением: «Это нас мало интересует. Вы скрываете основную свою вражескую работу, к которой вас привлек Ежов».

Вслед за Дементьевым арестовали Якова Боярского-Шимшелевича, с которым Ежов эпизодно рассекал в 1925, в Оренбурге. Тогда Яков был председателем Казахского облпрофсовета и жил с Ежовым в одной гостинице. Едва к нему приехала жена, мужские забавы были оставлены. 

ЯКОВ БОЯРСКИЙ-ШИМШЕЛЕВИЧ
ЯКОВ БОЯРСКИЙ-ШИМШЕЛЕВИЧ

Яков и думать забыл о Ежове, карабкаясь по культурной лестнице. О нем, как о председателе РАБИСа положительно отзывался Михоэлс. В июле 1937 Боярский достиг карьерного пика, стал директором МХАТа, на коем посту конфликтовал со Станиславским и пытался вернуть в театр Михаила Булгакова. В июле 1939 его арестовали. 2 февраля 1940 года расстреляли (за два дня до Ежова). В 1956 реабилитировали. 

После Боярского Ежов упомянул Филиппа Голощекина, сексуально найденного им в 1925, в Казахстане. Это был видный деятель, один из организаторов расстрела царской семьи и коллективизации, спровоцировавшей в Казахстане голод. Голощекина арестовали в октябре 1939, два года томили под следствием и расстреляли только глубокой осенью 1941. 

ФИЛИПП ГОЛОЩЕКИН
ФИЛИПП ГОЛОЩЕКИН

Расстреляли и начальника военторга Ленинградского военного округа Владимира Константинова. Это был друг ежовской юности, но коротко они сошлись в 1938.

Ежов показывал:

«Несколько позже, тоже в 1938 г. были два случая педерастии между мной и Константиновым. С Константиновым я знаком с 1918 г. по армии. Работал он со мной до 1921 г. После 1921 г. мы почти не встречались. В 1938 г. он по моему приглашению стал часто бывать у меня на квартире и два или три раза был на даче. Приходил два раза с женой, остальные посещения были без жен. Оставался часто у меня ночевать. Как я сказал выше, тогда же у меня с ним были два случая педерастии. Связь была взаимноактивная. Следует еще сказать, что в одно из его посещений моей квартиры вместе с женой я и с ней имел половые сношения».

Если сексуальные откровения Дементьева следователи слушать не стали, то Константинова выслушали. И вот что он поведал, отметая от себя подозрения в педерастии. 

Почти все его встречи с Ежовым сопровождались пьянкой. На одну из них Константинов зачем-то притащил жену. Напоив товарища до бесчувствия, Ежов женщину изнасиловал.

Однако, на следующий день Константинов опять пошел к другу в гости. Опять напился и спать лег.

«Едва я разделся и лег в кровать, смотрю, Ежов лезет ко мне и предлагает заняться педерастией. Меня это ошеломило и я его оттолкнул, он перекатился на свою кровать. Только я уснул, как что-то почувствовал во рту. Открыв глаза, вижу Ежов сует мне в рот член. Я вскочил, обругал его и с силой отшвырнул от себя, но он снова полез ко мне с гнусными предложениями».

Обвинения в педерастии Константинов отмел, но его все равно расстреляли, причем раньше, чем Ежова. 

Таковы печальные финалы любовников наркома.

Тема не закрыта, мы еще будем о нем говорить.

Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your IP address will be recorded 

Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →