Борьба за квартиру
Вчера отмечал день рождения Владимир Войнович.
Этот писатель не моя чашка чаю. Но многие его любят.
Войнович проходит по разряду «антисоветчиков», но, вот парадокс, он автор самого, на мой взгляд, убедительного произведения агитирующего за Советскую власть.
Я говорю о повести «Иванькиада».
Документальная повесть рассказывает, как в 1973 году Войнович боролся за положенную законом жилплощадь.
К этому времени он пребывал в шатком положении официального писателя.
Первый официальный успех Войнович сникал, сочинив стихи к песне «14 минут до старта» (ту самую, где «на пыльных тропинках далеких планет останутся наши следы»). Их процитировал Хрущев на встрече с космонавтами, и все журналы завалили Войновича с предложением дать поэтическую подборку. Но автор уже перешел на прозу.
Проблемы начались в 1969 году, когда первая часть «Чонкина» была опубликована во Франкфурте – на – Майне. Тогда как-то удалось пройти по острию ножа.
К 1973 году Войнович, можно сказать, занимал пост нормального советского писателя. У него только что вышло две книги. Причем, одна (о Вере Фигнер) в престижнейшей серии «Пламенные революционеры».
В 1968 Войнович приобрел однокомнатную квартиру в кооперативном писательском доме, со временем надеясь расшириться. Время пришло через пять лет. Во – первых, вышли книги, принеся средства. Во – вторых, жена ждала ребенка. В третьих, освободилась подходящая квартира в соседнем подъезде.
И здесь у писателя появился конкурент: Сергей Сергеевич Иванько.
Человек не простой, а государственный.
В «Иванькиаде» Войнович чуть-чуть слукавил. Или, скажем так, передернул.
Перечисляя творческие заслуги Иванько Войнович пишет:
«В Ленинской библиотеке» я выяснил, что там зарегистрировано одно произведение писателя: «Тайвань – исконная китайская земля». М… 1955, 44 стр., с картами»
Но за Иванько стояли еще переводы с китайского романов Ай У – «В огне рождается сталь» и Юань Цзиня – «Особое задание».
Много позже, в 1990, Иванько издаст в серии «ЖЗЛ» биографию Фенимора Купера.
Кроме того, редактировал собрание сочинений Драйзера.
Не бог весть, конечно.
А все – таки.
Важнее оказались другие заслуги Иванько.
Родственник бывшего председателя КГБ СССР Семичастного заведовал издательским отделом в ООН, был членом коллегии в Госкомиздате. В его возможностях было зарезать у неугодного автора книгу в любом издательстве.
Иванько хотел комнату в квартире, куда по всем правилам должен был въехать Войнович. Он намеревался сделать перепланировку, снеся стену и присоединив комнату к своей трехкомнатной.
На вопрос: «Сергей Сергеевич, неужели вам не будет неуютно в роскошной четырехкомнатной квартире, зная, что ваш товарищ, писатель, ютится с женой и ребенком в одной комнате?» Иванько ответил: «Ну, через это я как раз могу переступить».
Итак, с одной стороны писатель, с которого только сняли клеймо «неблагонадежного» и дали возможность работать, постоянно одергивая и не до конца доверяя.
С другой всесильный чиновник, которому покровительствует председатель Моссовета.
В схватке побеждает писатель, въезжая в квартиру исключительно на основании закона.
Не зря в "Иванькиаде" приводится «Небольшой сравнительный анализ прав двух претендентов на одну квартиру (составлен только на основе Закона без учета морального фактора)».
Войнович описывает всю сложность борьбы, подковерные интриги, упорство Иванько.
Но с точки зрения нынешних нравов тогдашние, простите, почти идиллия.
На данный момент такая ситуация вообще невозможна.
Уже следующее за моим поколение будет читать повесть Войновича, как фантастическую социальную утопию.
Утопию, где простой советский человек имел равные права с чиновником и мог их отстоять.
Этот писатель не моя чашка чаю. Но многие его любят.
Войнович проходит по разряду «антисоветчиков», но, вот парадокс, он автор самого, на мой взгляд, убедительного произведения агитирующего за Советскую власть.
Я говорю о повести «Иванькиада».
Документальная повесть рассказывает, как в 1973 году Войнович боролся за положенную законом жилплощадь.
К этому времени он пребывал в шатком положении официального писателя.
Первый официальный успех Войнович сникал, сочинив стихи к песне «14 минут до старта» (ту самую, где «на пыльных тропинках далеких планет останутся наши следы»). Их процитировал Хрущев на встрече с космонавтами, и все журналы завалили Войновича с предложением дать поэтическую подборку. Но автор уже перешел на прозу.
Проблемы начались в 1969 году, когда первая часть «Чонкина» была опубликована во Франкфурте – на – Майне. Тогда как-то удалось пройти по острию ножа.
К 1973 году Войнович, можно сказать, занимал пост нормального советского писателя. У него только что вышло две книги. Причем, одна (о Вере Фигнер) в престижнейшей серии «Пламенные революционеры».
В 1968 Войнович приобрел однокомнатную квартиру в кооперативном писательском доме, со временем надеясь расшириться. Время пришло через пять лет. Во – первых, вышли книги, принеся средства. Во – вторых, жена ждала ребенка. В третьих, освободилась подходящая квартира в соседнем подъезде.
И здесь у писателя появился конкурент: Сергей Сергеевич Иванько.
Человек не простой, а государственный.
В «Иванькиаде» Войнович чуть-чуть слукавил. Или, скажем так, передернул.
Перечисляя творческие заслуги Иванько Войнович пишет:
«В Ленинской библиотеке» я выяснил, что там зарегистрировано одно произведение писателя: «Тайвань – исконная китайская земля». М… 1955, 44 стр., с картами»
Но за Иванько стояли еще переводы с китайского романов Ай У – «В огне рождается сталь» и Юань Цзиня – «Особое задание».
Много позже, в 1990, Иванько издаст в серии «ЖЗЛ» биографию Фенимора Купера.
Кроме того, редактировал собрание сочинений Драйзера.
Не бог весть, конечно.
А все – таки.
Важнее оказались другие заслуги Иванько.
Родственник бывшего председателя КГБ СССР Семичастного заведовал издательским отделом в ООН, был членом коллегии в Госкомиздате. В его возможностях было зарезать у неугодного автора книгу в любом издательстве.
Иванько хотел комнату в квартире, куда по всем правилам должен был въехать Войнович. Он намеревался сделать перепланировку, снеся стену и присоединив комнату к своей трехкомнатной.
На вопрос: «Сергей Сергеевич, неужели вам не будет неуютно в роскошной четырехкомнатной квартире, зная, что ваш товарищ, писатель, ютится с женой и ребенком в одной комнате?» Иванько ответил: «Ну, через это я как раз могу переступить».
Итак, с одной стороны писатель, с которого только сняли клеймо «неблагонадежного» и дали возможность работать, постоянно одергивая и не до конца доверяя.
С другой всесильный чиновник, которому покровительствует председатель Моссовета.
В схватке побеждает писатель, въезжая в квартиру исключительно на основании закона.
Не зря в "Иванькиаде" приводится «Небольшой сравнительный анализ прав двух претендентов на одну квартиру (составлен только на основе Закона без учета морального фактора)».
Войнович описывает всю сложность борьбы, подковерные интриги, упорство Иванько.
Но с точки зрения нынешних нравов тогдашние, простите, почти идиллия.
На данный момент такая ситуация вообще невозможна.
Уже следующее за моим поколение будет читать повесть Войновича, как фантастическую социальную утопию.
Утопию, где простой советский человек имел равные права с чиновником и мог их отстоять.